About

FREE ALBUM DOWNLOAD_
http://thesalto.bandcamp.com

Llive Electronic / Jungle / Trip-hop / Slavic Archaic songs / Nu Jazz / Breaks / etc.

Музыка SALTO - это мистерия на стыке тишины и громового прибоя, упругая пульсация контрабаса, вплетенная в жесткий ломаный ритм, пронизывающий вокал Евы Черро среди пейзажей, подсмотренных гитаристом в космических путешествиях, это поток впечатлений от электроники последнего десятилетия, пропущенный через призму собственного меланхоличного взгляда, в котором отразились инструментальный jungle и славянский фольклор, мрачный trip-hop и жесткий breakbeat, а так же - будто бы - старый проигрыватель пластинок, в котором есть только джаз и неизвестность…

Коллектив вошел в список 11 самых интересных российских проектов, удививших критиков в 2011-м году (по версии авторитетного портала "Russia Beyond the Headlines"). В 2012 году вышел дебютный альбом коллектива - Zvezdka

SALTO выступали на фестивалях «Усадьба.Джаз» (2009, 2011), "Пустые Холмы" (2010, 2011), «Trimurti» (2011, 2013), "Дикая мята" (2011, 2013), Фестивале Городских Романтиков (Москва, 2013), ГогольFest (Киев, 2013), Space of Joy (мыс Айя, респ. Крым), Systo (Карелия) и многих других, а так же группа приняла участие в культурной программе Паралимпийских Игр в Сочи (2014).

Музыканты:
Ева Черро — вокал, synth;
Виталий Рождественский — электрогитара, fx, дутар;
Василий Калинин — барабаны, fx;
Дмитрий Рессер - электро-контрабас, бас, korg;
Евгений Люблин - труба;
Евгений Павловцев - саксофн, флейта.

Booking:
E-mail: saltoband@gmail.com
Tel.: +7 926 271 40 46

http://thesalto.bandcamp.com
http://salto.kroogi.com
https://soundcloud.com/thesalto
https://www.facebook.com/saltospace
http://vk.com/thesalto

The Moscow Times:
If you have been looking for a little bit of drum 'n' bass with a side order of acid jazz and trip-hop then turn to Salto, playing this Saturday at ArteFAQ. Salto is an eight-piece group that mixes a dozen and one styles, including Slavic folk, to produce mellow, meditative tunes. "Music should help people become who they really are. Concerts should effectuate a kind of colorful trip into oneself," said Vitaly Rozhdestvensky, who plays the guitar and bamboo flute in Salto. The group's core — who have been together for six years — is singer Eva Chervonenko, Rozhdestvensky and Anton Safonov, aka Safa who scratches and plays percussion. "It is difficult to pin down which groups have inspired us," Rozhdestvensky said, "but we are definitely inspired by [the London-based independent record label] Ninja Tune label and the Bristol music scene." The name Salto means somersault, and the band jumps around musically but always ends up in the right spot at the end of a gig. "Music is unique, music is not about repetition. Each and every single one of our concerts is different," Rozhdestvensky said. Indeed, the band offers mesmerizing self-introspection through frenzied beats that mix the buzzing sound of the electric guitar, trumpet, sexy saxophone and more. The psychedelic aspect is amplified during gigs with trippy visual performances by video artists. Salto released its first EP "Sprouts in Concrete" last year, all of which can be heard on their MySpace page, and it is in talks to release an album this year.
http://www.themoscowtimes.com/arts_n_ideas/article/salto-somersaults-in-...

Сайт Holmi.ru:
«Уникальный московский коллектив, создавший во всех смыслах совсем нездешний синтез живой музыки и электронного звучания. Смесь ломаных ритмов, славянской фольклорной традиции и джазового вокала, музыка, уносящая зрителя в глубины самосознания. Зашипело старое радио, раздалась девичья песня далеко над лесом, а тут вдруг Билли Холидей зашла в гости, поддерживаемая под локоток ниндзятюновской ритм-секцией. SALTO отличаются особой полнотой и плотностью звучания, вибрация захватывает пространство…»

Блоги:
http://kostya-fedotov.livejournal.com/187353.html
О выступлении на фестивале "Усадьба.Джаз" (2011).
"После ди-джея на сцену вышла неизвестная мне до вчерашнего дня московская группа Salto. И я вышел к сцене посмотреть, who is it. Даже не знаю с чего начать. Во-первых, это совершенно определенно самая сильная музыкальная эмоция в этом году. Видимо по этой причине, несмотря на наличие фотоаппарата, у меня лишь 3 фотки и 0 видео Salto. Увлекся, погрузился полностью. Группа Salto сравнительно многочисленна и используют они, например, хомус, флейту, барабан табла, а за горловое пение отвечает штатный turntablist. Но всё не так страшно! По сути это что-то вроде "живой электроники", или, цитируя сайт Усадьбы, "инструментальный drum’n’bass, trip-hop, nu-jazz и world music в одном флаконе. Музыка отличная, с использованием стихов Гумилева или кусочков текста джазового стандарта Dream a little dream of me (если мне не показалось) в таком видоизмененном и непривычном состоянии, что не всегда сразу становится понятно, что ты слышишь. Музыка местами вводящая в транс, местами уходящая в энергичный d’n’b. Очень, очень крутая команда! И, конечно, вишенка на торте Salto – вокалистка Ева Червоненко. Я как-то почти сразу влюбился. В её голос. В манеру исполнения и поведения на сцене. И вообще. Боюсь вот только, что так нахваливаю этот коллектив, а на диске, или на майспейсе, их песни будут слышаться не такими завораживающими. С другой стороны, может, не такими сложносочиненными и многослойными. Короче, это именно тот случай, когда цифра никак не в состоянии передать всю полноту картины."

Kroogi форум — Совершив SALTO, вы уже не будете прежними

Сегодня Kroogi хотят познакомить вас с московской группой SALTO. Сочетание trip-hop и nu jazz с инструментальной электроникой и славянской архаикой завораживает и погружает в медитацию, а от стильных чёрно-белых видеоклипов невозможно отвести глаз. О поиске «своего саунда», записи дебютного альбома Zvezdka, особенностях создания видеоклипов под лупой перфекционизма и совершении сальто внутри сознания в интервью нашему порталу рассказал гитарист группы Виталий Рождественский.

– Виталий, о группе SALTO мало информации в cети, давайте хотя бы отчасти это исправим. Расскажите, как и когда вы образовались?

– Музыку в духе того, что впоследствии стало называться SALTO, мы начали играть где-то с 2006-2007 года – вскоре после того, как я познакомился с Евой Черро, с ней мы единогласно сошлись в стремлении делать, что называется, «живую электронику». Впоследствии мы много репетировали, но долго были в андеграунде, в прямом смысле слова – и не стремились вынести всё это на суд зрителей, можно сказать, набирали музыкальный опыт, искали свой звук. И вот однажды (это было в 2009 году) в процессе этого самого поиска мы решили, что нам нужен бас-гитарист, хотя у нас тогда был клавишный бас, как у Doors. Соискатель пришёл, послушал нас и говорит: «Вы что, с ума сошли? Вам уже давно пора выступать, никто вам больше не нужен, вы и так отлично звучите!».

К тому времени у нас уже сложилась «программа» – 7-8 отрепетированных треков с определённой структурой и смыслом, с которыми мы и начали выступать на сцене – везде, где только придётся. На мой взгляд, летопись группы надо начинать с первого концерта, так что, SALTO по-настоящему сформировалось где-то в 2009-м. Тогда мы окончательно поняли, что это не просто хобби, что группа существует, живёт, и что это всё серьёзно.

– В 2011 году портал Russia Beyond the Headlines включил группу SALTO в список самых интересных российских проектов, удививших критиков. Чем же вы их удивили?

– Думаю, поводом для включения нас в этот список послужило видео на композицию Hate and Tenderness («Ненависть и Нежность»), которое мы сняли в студии одним кадром. Это был своеобразный видеоответ на творчество наших британских коллег – группы Dub Mafia, которые тоже играют живой jungle и быстро стали знамениты благодаря своим студийным видео, где камера просто стоит по центру и снимает, а они играют в реальном времени. При такой съёмке хорошо видно, как электронная музыка создается живьём, и это вызывает бурные эмоции у зрителей.

Музыка SALTO на тот момент представляла собой наше видение стилей drum'n'bass и trip-hop c живыми трубой, тромбоном, контрабасом и даже индийскими табла, тогда в составе было восемь музыкантов, и в целом всё это выглядело очень интересно, необычно. Прошло два года, но в России по-прежнему нет музыкальных групп, про которые мы могли бы сказать, что они делают что-то действительно очень похожее на нашу музыку, хотя есть те, кто движется в том же направлении.

– Этот ролик, да и остальные видео группы, сняты прямо как… кино!

– Иначе и быть не может, ведь почти все участники нашей группы родом из киносферы, это по сути своеобразная «тусовка молодых кинематографистов». Я с восемнадцати лет работал в кино, создал две видеостудии (наша студия называется Eternal Shine), сейчас преподаю – у меня есть авторский курс по режиссуре монтажа и развитию художественного видения. Антон (aka Safa) Сафронов, с которым мы начинали SALTO, долгое время был моим напарником по киносъёмке, в том числе по съёмке концертов. Наша вокалистка Ева три или четыре года работала профессиональным оператором и режиссёром монтажа, она сняла и смонтировала более ста роликов для портала Cloudwatcher. Барабанщик Андрей с моей лёгкой руки работает видеооператором и превосходно монтирует, и если бы Виктор Цой когда-то не назвал свою группу «Кино», то мы бы так назвали свою (смеётся). Ведь для нас, так же как и для Цоя, музыкальный мир неотделим от визуального, в обоих случаях действуют единые законы гармонии и ритма.

Ритмика и динамика, рассказ истории в кино, монтаж – по сути, это то же самое, что и трек. Песня рассказывает свою историю, а видеоряд – свою, эти истории могут идти вместе или в разных направлениях, а могут взаимно дополнять друг друга – так родился жанр видеоклипа. Одним словом, для нас нет никакой границы между кино и музыкой, мы всё воспринимаем как единое пространство для творчества.

– Вы снимаете и монтируете видео для других музыкантов и для себя, отличается ли подход?

– Дело не в подходе, а в степени перфекционизма. Это качество у нас проявляется в работе с любым материалом, но когда речь идёт о видео на собственную музыку, линза направляется на тебя самого и многократно этот перфекционизм усиливает! Если для других групп я могу навскидку придумать десяток клипов, то для себя всегда хочется чего-то совершенно особенного, непохожего, к тому же правильно увидеть себя со стороны или очень сложно, или совсем невозможно, поэтому и выбор материала идёт долго и болезненно, и процесс монтажа более сложный.

Сначала мы вообще никак не могли решиться снимать видео для себя, но когда начали, то поняли, что будем делать всё только сами, никому другому материал собственной группы доверить не сможем. Правда, здесь возникает риск замкнуться в своём пространстве, некоем вакууме, но сама жизнь делает так, чтобы этого можно было избежать. Недавно наша съёмочная группа снимала концерт SALTO – разумеется, под моим контролем, но концепцию, освещение, костюмы и прочее мы придумывали и обсуждали вместе. Из этой съемки получилось видео на песню «Два Сокола».

– Концерты каких исполнителей вы снимали, и что вам это дало?

– Мы снимали московские концерты практически всех топовых западных музыкантов из нашей сферы интересов – от Avishai Cohen Trio и John Scofield до Red Snapper, The Bad Plus, Eric Truffaz Quartet, Jaga Jazzist и так далее, когда-то я даже работал внештатным оператором канала A-One… Кроме того, мы делаем всю видеопродукцию фестиваля Usadba Jazz – крупнейшего музыкального события в России на протяжении последних шести лет. Когда находишься на одной сцене с исполнителями такого уровня, ощущаешь, как они распространяют вокруг себя сильнейшую энергетику, становятся подобны пророкам, что ли, – при том, что ничего магического, казалось бы, не делают.

Теперь я понимаю, что долгое время находясь на «бэкстейдже», мы приобрели огромный опыт, который сильно повлиял на наше музыкальное мировоззрение. Правда, сейчас я стараюсь понемногу от него отходить и переключаться на восприятие музыки исключительно из зала – иногда при этом наступает прозрение совсем другого рода.

– Придаёте ли вы значение профессиональному образованию в области музыки?

– По моим наблюдениям, профессиональное образование даёт музыканту уверенность в поведении на сцене, игре на инструменте, но забирает время для творчества и крадёт самобытность. Все музыканты в нашей группе так или иначе учились музыке: я пять лет занимался у потрясающего гитариста Костантина Кремнева, Ева учится в джазовом колледже на Ордынке, а кто-то из ребят изучал инструмент самостоятельно. В любом случае, профессиональное образование в области музыки – это не критерий отбора музыкантов в какую бы то ни было группу.

– Каков же основной критерий?

– Если говорить именно о SALTO, то кроме профессионализма это соответствие нашему представлению о звуке, «саунду», к которому мы шли больше 5 лет. К сожалению, на этом пути из-за страха потерять собственный звук мы были вынуждены расставаться с талантливыми и даже иногда, как мне кажется, гениальными музыкантами. В таких случаях мы им честно говорили (подражая сценической манере Билли Новика из группы Billy’s Band): «Знаешь, дружище, ты прекрасный музыкант, и... отлично играешь, но твоё видение немного не подходит нам сейчас…». Разрывы такого рода порой очень болезненны, но неизбежны, если хочешь найти свой путь. Всё что мы можем сделать – постараться сгладить острые углы, избежать драм и разбитых сердец.

– Расскажите, как менялся ваш саунд и как вы определяете стиль группы сейчас?

– Когда группа SALTO только образовалась, мы ориентировались на trip-hop, как мы себе это представляли, сейчас я бы назвал это «бристольский саунд». Хотя в самом начале, когда я только взял электрогитару мы играли funk с ребятами, которые теперь составляют костяк групп Mosbrass и 1/2 Orchestra. Немного экспериментировали с dub / reggae, но быстро поняли, что не сможем создать ничего принципиально нового в рамках этого стиля. Одно время, как я уже говорил, у нас был клавишный бас, из-за которого наш саунд напоминал звучание The Doors… Потом Женя Васильев, который на нём играл, уехал в Лондон, и появился безладовый бас, затем контрабас, мы стали нащупывать то, как мы хотим звучать, и постепенно нашлись именно те музыканты, которые нужны.

Когда меня просят написать для афиши или в интернете стили, к которым мы себя относим, сейчас я пишу что-то вроде nu jazz / live electronic / digital archaic. Но мне кажется, вся эта история со стилями больше похожа на журналистский трюк. Вам же не важно, на самом деле, арбуз – это ягода или фрукт... главное – каков он на вкус. Если вы настаиваете на классификации, то можно сказать так: мы всегда пытались играть что-то близкое британскому лейблу Ninja Tune, с тем отличием, что мы пропускаем через себя музыку, которую любим, но не пародируем, а пытаемся на этой основе делать что-то сугубо своё, личное. Например, скрещиваем те же drum'n'bass и trip-hop со славянской архаикой, русской поэзией (это и Гумилёв, и Пастернак, и Бродский) и создаём, как нам кажется, собственное уникальное звучание.

Впрочем, дело не столько в звучании и стилях, сколько в воздействии нашей музыки на слушателя, которое, в свою очередь, рождается из гармонии, близости музыкантов. Это близость почти на физическом уровне, это такая же любовь, как между мужчиной и женщиной, только ещё тоньше и глубже. На своих концертах мы стараемся показать зрителю тонкую материю любовных отношений внутри коллектива и вовлечь зрителя в этот акт любви. Используя некий, если позволите, шаманский опыт, мы пытаемся погружать людей в состояние полногармонии с собой, в состояние «включённости». Все музыканты проходят через увлечение духовными практиками – так было всегда – и музыка тоже является духовной практикой, так вот, со временем стало понятно, что если есть правильная вибрация, ориентированная на человеческую душу, то человек легко в неё впадает. Он переходит в состояние осознанности, где может быть самим собой, путешествовать внутри собственного сознания, искать ответы на волнующие его вопросы, делать выводы. А когда музыка заканчивается, человек возвращается из этого состояния, но уже другим.

– Образно говоря, слушатель совершает сальто. В этом и состоит смысл названия вашей группы?

– Отчасти в этом, но с названием SALTO связана и другая, более личная история. Есть одноимённый фильм (режиссёр Тадеуш Конвицкий, пр-во Польша, 1965 г. – ред.), который в свое время произвёл на меня неизгладимое впечатление. Это история о человеке, который приехал на два дня в довольно странную, обречённую деревню и полностью перевернул мир тамошних жителей. При этом никто не понял, кто это был: шарлатан или пророк, или же никаких событий не было вовсе, а всё только померещилось. Этот фильм – потрясающе красивая, ёмкая метафора, говорящая о том, что в жизни любого, даже обречённого человека может случиться переворот, и когда после ты откроешь глаза, всё будет будто бы как и прежде, но от внезапно пережитого уже нельзя отмахнуться. Во многом это история всех сильных личностей, которые приходят в наш мир. Возвращаясь домой из Музея кино после просмотра, я уже точно знал: если буду создавать музыкальный коллектив, он будет называться SALTO.

Ещё одно удивительное совпадение: философская подоплёка фильма очень точно передает историю развития музыкальных стилей trip-hop и nu jazz и их взаимосвязь с джазовой музыкой 60-х. Музыканты, игравшие то, что потом стало называться trip-hop (например, Portishead), брали фрагменты со старых джазовых пластинок, сэмплировали их и получали совершенно новую музыку. Музыка перешла с пластинок в секвенсер, а затем из секвенсера – снова на сцену, так появился nu jazz. То есть, музыканты стали играть живьем то, что до этого было сэмплами, но ведь изначально было живым! Поэтому часто фрагменты композиций, скажем, в стиле cool jazz через призму лет могут восприниматься просто как сэмпл из музыки нашего времени. Такие вот путешествия по кругу с трансформациями…

– В ваших композициях очень интересная лирика, английские тексты соседствуют с русскими, стихи Гумилёва – с русским фольклором. Как всё это рождается?

– Лирика, безусловно, идет от Евы, но это не тексты, которые придуманы одним человеком, скорее, это культурная среда, в которой мы существуем. Например, я просто по жизни всё время читаю Бродского, Гумилёва, Мандельштама, у Евы существует глубокая энергетическая связь с русским фольклором, архаичной музыкой, которая заставляет её естественно погружаться в эту среду и извлекать из себя ритмы и мотивы. Мы постоянно апеллируем к контексту, который нам нужен сейчас помимо музыки, который мы считаем своим и который хотим транслировать.

Я пишу стихи на русском и английском, Ева отбирает то, что ей подходит. Порой бывает так, что на репетиции мы начинаем играть какой-то абсолютно новый фрагмент и в этот момент даже не знаем, какой текст Ева начнёт петь, что выберет из своей тетради... Возвращаясь к вопросу о звучании группы: естественно, его во многом задаёт и создаёт вокал Евы. Происходит примерно так: сначала возникает некое чувство и настроение, затем оно растёт, тут же находится текст и соединяется с музыкой.

– В прошлом году у вас вышел альбом Zvezdka, расскажите, как он создавался, каково его значение для группы?

– Альбом Zvezdka появился на свет довольно стихийно. Раньше мы думали, что всё будет иначе: да, есть записанные треки, но мы сделаем новый хит, снимем на него клип, раскрутим, а уже потом на этой волне запишем и выпустим альбом – то есть, совершим классический американский ход. Но в какой-то момент я осознал, что у нас уже есть полностью готовый материал – надо просто брать и выпускать. Вообще, в последнее время я стал замечать такую вещь: всё, что нам необходимо в данный момент, у нас уже есть, всё это находится в зоне досягаемости, нужно лишь увидеть это и захотеть взять. Все наши трудности и горести от того, что мы либо не понимаем, чего хотим, либо не понимаем, что оно рядом и, соответственно, не видим…

Приняв решение выпустить альбом, мы собрали в него треки, созданные нами в течение четырёх лет. Zvezdka для нас – это прежде всего попытка понять, какой путь пройден группой SALTO за время существования и как вся эта история выглядит со стороны. Этим альбомом мы подвели некую черту в собственном творчестве, от которой можно оттолкнуться, чтобы двигаться дальше.